Добавить в избранное
Люк Бессон

Интервью Дэнни Бойла

12 апреля. Изнурительный пресс-джанкет перед российской премьерой научно-фантастического триллера "Пекло" близится к концу, но Дэнни Бойл полон энергии и, кажется, готов бесконечно долго рассказывать о своем новом проекте — пронзительной космической саге. Режиссер фильмов "На игле", "Пляж" и "28 дней спустя" одет довольно торжественно: на нем серый костюм и галстук. Собственно на этом весь его пафос и заканчивается. Бойл улыбается и моментально располагает к себе. Отвечая на вопросы, он много жестикулирует и явно получает удовольствие от общения с журналистами, среди которых был и корреспондент "Интересного Кино" Дмитрий Горшков.

- Как удалось сделать так, что фильм с бюджетом 20 миллионов долларов выглядел на все сто пятьдесят?
- Мы решили не связываться с крупными кинокомпаниями и снять "Пекло" в небольшой студии на востоке Лондона, чтобы самим иметь возможность контролировать все расходы. Мы действительно ставили перед собой задачу сделать так, чтобы все выглядело в десять раз дороже, чем оно есть на самом деле. Потому что мы хотели, чтобы фильм увидели зрители во всем мире, но чтобы при этом наш фильм остался нашим. Если бы мы взяли те самые 150 миллионов долларов и снимали бы блокбастер, то в нем должна была бы появиться любовная линия, все герои, ну или хотя бы один из них, должны были бы выжить и триумфально вернуться домой, размахивая американскими флагами. В принципе, в нашем фильме есть хэппи-энд, но он тихий и скромный. Только таким он и может быть в противостоянии с Космосом. Мы никогда не сможем завоевать Вселенную, мы слишком ничтожны по сравнению с ней. Мы можем только пытаться это сделать, потому что мы верим в науку.

- Ваш фильм содержит огромный объем научной информации. Создается впечатление, что главный герой в нем Солнце, а не сами персонажи...
- Да, мы хотели, чтобы фильм получился правдоподобным, особенно его первая половина, снимая которую мы основывались на том, что современная наука знает о путешествиях в космос. Но для меня в "Пекле" самым главным было показать, что происходит с психикой героев по мере приближения к Солнцу, источнику всей жизни на Земле. В фильме есть такой жутковатый персонаж, как капитан Пинбейкер — человек, не выдержавший жара светила и сошедший с ума. С ним случилось худшее, что может произойти с ученым. Он превратился... в члена движения Талибан, законченного фундаменталиста. Он верит в то, что мы должны упасть на колени перед Богом и уповать только на него. Но мы верим в науку, и знаем, что она сделает нашу жизнь лучше и длиннее. Проиллюстрировать эти психологические изменения для меня было более важно, чем сделать фильм стопроцентно реалистичным.

- Как сильно изменился сценарий "Пекла" после того, как к работе над фильмом подключился научный консультант Брайан Кокс?
- Было очень интересно делать фильм бок о бок с настоящим ученым. Брайан — удивительно приятный, но при этом он очень самоуверенный человек. Наука, вообще, очень самоуверенна. Она должна быть такой. Ученые думают, что могут изменять природу по своему усмотрению. Самая выдающаяся вещь, которую создала наука, одновременно является и самой страшной. Я говорю о ядерной бомбе, потому что, с одной стороны, это уменьшенная модель Солнца, а с другой — оружие, способное уничтожить все живое на Земле. Брайан Кокс как раз и помог мне осознать всю двойственность достижений науки, проиллюстрировать которую я пытался в фильме.

- Говорят, что изначально в "Пекле" планировалась любования линия и несколько интимных сцен. Почему всего этого не оказалось в итоговом монтаже?
- Оууу! Мы пытались вставить в сценарий мощнейшую сексуальную сцену в кислородном саду корабля, прямо в траве. Но ничего не вышло, мы даже не стали ее снимать. В космосе свои правила, отличные от земных. Не знаю почему, но любовь здесь выглядит какой-то неуместной. И так будет до тех пор, пока человечество не колонизирует космос окончательно, не превратит его в обыденную среду своего обитания. Я могу вспомнить только один фильм, в котором пытались сделать нечто подобное — "Космическая одиссея 2010", сиквел шедевра Стэнли Кубрика. Там были романтические отношения между русской астронавткой в исполнении Хелен Миррен и персонажем Роя Шнайдера. Это выглядело настолько неестественно, что хотелось закричать: "Стоп! Прекратите!" Так что мы вырезали любовную линию из нашего фильма, оставив только небольшие намеки на то, что герои испытывают друг к другу симпатию.

- Многие поклонники, для которых вы в первую очередь режиссер "На игле", упрекают вас за то, что после фильма "Пляж" с Леонардо ДиКаприо вы отошли от артхауcа и стали практически голливудским режиссером. Что вы им ответите?
- Не буду отпираться, мы действительно сделали фильм "Пляж" с суперзвездой и огромным бюджетом. Но после этого опыта я пытался вернуться к тому кино, с которого начинал. Мне кажется, "28 дней спустя" и "Пекло" созданы по тем же законам, что и "На игле". Это независимое кино, без так называемого голливудского инстинкта и продюсерского диктата. Хотя я ничего не имею против фабрики грез. Мне нравятся многие американские фильмы. Я тоже делаю кино не для себя самого, а для зрителя и хочу, чтобы "На игле" посмотрело максимальное количество людей. Я не знаю, что вам сказать... на этот вопрос можете ответить только вы — журналисты, или фанаты.

- Вы планируете в будущем в какой-то форме продолжить сотрудничество с писателем Ирвином Уэлшем?
- Да, честно говоря, мы собираемся снять сиквел к фильму "На игле". Взять тех же самых персонажей и показать, чем они будут заниматься в сорок лет, как будут переживать кризис среднего возраста. Но проблема в том, что все актеры выглядят сейчас так же, как тринадцать лет назад. Они не стареют, как Питер Пен. Следят за собой, занимаются спортом, не пьют и не курят. Мы не хотим использовать грим, поэтому терпеливо ждем, пока они состарятся.



Источник: interkino.ru
   
© 2007
создание сайтов
фирменный стиль, разработка фирменного стиля